• +7 (3519) 34-14-14
  •  
  •  
  •  
  •  
25
Июл

Марина Семина


         Очень часто человеческую жизнь сравнивают с прохождением пути. Но в дороге большинство забывают, что если был пункт А, то будет и пункт Б. И большую часть жизни, а то и всю её целиком, проводят в «разбеге». Когда кажется, что впереди еще несколько десятков лет и еще всё успеется.А многие думают, что вот хорошо бы вообще бессмертие! Сколько бы мы всего создали, изобрели, сотворили, открыли... Вот если бы Пушкин не погиб в 37 лет, а Лермонтов — в 26, если бы у них в запасе были не десятилетия, а века! То сколькими литературными шедеврами пополнилась бы культурная сокровищница человечества. Или вот Никола Тесла. Он жил аж целых 86 лет! Но что они такое по сравнению с вечностью? Получи он бессмертие, возможно человек уже успешно бы колонизировал Марс.Так вот, таким мечтателям рекомендую прочитать роман Дмитрия Глуховского «Будущее». Человек, осознавший своё бессмертие перестаёт быть творцом и созидателем. Он превращается в мелкого потребителя, неспособного приложить минимальных усилий, чтобы родить хоть какую-то завалящую идейку. А зачем? Куда торопиться? Впереди — комфортная вечность? Зачем всё усложнять?Поэтому конечность нашего пути — это одновременно и проклятие и благословение. Чем раньше ты поймёшь, что «вечность — не твоё» и топтать эту землю тебе лет до 70 при хорошем раскладе, в активном состоянии, когда люди относятся к тебе как к человеку, а не доживателю, тем лучше. Тем больше у тебя будет времени на «бег».И вот тут следующий важный аспект — люди. Команда, в которой ты «бежишь». Помогают они тебе, предупреждая об опасных поворотах и протягивая руку помощи на трудных подъемах? Или вы «бежите» до изнеможения на беговых дорожках? Каждый на своей, но все на одном месте.И зачастую самые неприятные люди в твоем окружении оказываются самыми полезными.Вот например, мальчишку в школе дразнили из-за лишнего веса. Особенно один одноклассник, который постоянно изводил его своими злыми шутками. «Эй, выручи? Дай сала, картоху пожарить!», «Его на речку обязательно возьмем — в его тени от солнца будем прятаться». Но сам того, не желая, он дал этому мальчишке тот самый «волшебный пендель», благодаря которому, он занялся спортом, привёл себя в форму и стал помогать в этом другим.А есть подружка, с которой так классно и уютно, она всегда на твоей стороне, ты всегда права, да и жизнь у тебя в общем-то удалась. Так зачем себя напрягать, познавать что-то новое, всё же и так уже зашибись. И вот она - «здравствуй, беговая дорожка».Это очень сложно, правильно оценить потенциал каждого человека в твоём окружении. Понять, что он может дать тебе, и что ты можешь дать ему. Ведь становясь «ведущим» для другого, ты сам становишься сильнее. Но чем раньше ты проделаешь эту непростую работу — тем больше времени у тебя останется на «бег». Твоего времени - твоей жизни!И когда ты поймешь, что целых 30 лет — это всего лишь 10 950 дней. Когда правильно выберешь свою(!) команду. Начинай «бежать»! Хватит «разгоняться». И тогда на финише ты будешь доволен собой и своей «гонкой». И даже если финишную ленточку сорвёшь не ты, это уже будет не важно, важно лишь то, что ты по-настоящему «бежал»!

   
22
Июл

Марина Семина




«Как страшно жить!». Рената, как ты права. Тебя, реально, надо вписать в пантеон классиков за одно это твоё высказывание. Оно актуально в любые времена. Жить очень страшно.

Большинство людей остаётся жить только потому, что умирать еще страшнее. На этом берегу хотя бы какая-то определённость. Ну типа, есть верх, низ, трава зелёная, а небо голубое. А там? Вдруг там всё наоборот. А может, и это ещё страшнее, там вообще нет ничего.

А тут? Каждое утро произносишь монолог сотрудника МЧС, спасающего очередного «прыгуна». Что надо встать. Что стоит жить. Что ты нужен жизни, а она нужна тебе. И каждое утро делаешь вид, что повёлся на эти доводы. Встаёшь и живёшь...

Конечно, глобально твоя жизнь, как и твоя смерть, ничего не меняет. Но... Вот оно — великое «но»! Ты живёшь, потому что нужен. Даже если тебе кажется, что ты не нужен никому, тебе это только кажется. Ты нужен случайному попутчику в маршрутке, который глядя на твою улыбку, понял, что в общем-то всё не так уж и плохо. Ты нужен старушке-соседке, которая знает, что выйдя утром на крыльцо подъезда, не будет спотыкаться в темноте, потому что вечером, идя с работы, ты включил свет над ступеньками. И главное, ты нужен своей жизни, ведь, кроме тебя, её никто не проживёт.

Ведь в общем-то, для того, чтобы жить нужно гораздо больше храбрости, чем чтобы умереть. В смерти только одна неизвестность, а жизнь подкидывает тебе по десятку неизвестностей каждый день. И все они интересные, даже если неприятные.

Вот оно, главное преимущество жизни перед смертью — жить интересно! Даже если сегодня в твоей жизни ничего не происходит, то завтра всё может измениться. И самое крутое в том, что это «всё может измениться» можешь сделать ты сам! Последствия смерти от тебя не зависят, а последствия жизни - зависят.

Для того чтобы увидеть смысл в продолжении жизни не нужны сложные и высокие максимы. Жить стоит ради того, чтобы посмотреть, что будет дальше. Ведь это просто любопытно.

 

   
19
Июл

Утро у Александра Васильевича не задалось с самого начала. Вместо того, чтобы проснуться от аромата свежесваренного кофе, ему пришлось экстренно подрываться и мчаться на кухню, откуда тянуло горелой проводкой. Так и есть! Накрылась кофеварка. Ладно, на этот случай, помнится, где-то была бабушкина медная емкость для варки кофе. Как же она называется?... То ли турка, то ли татарка. Александр Васильевич не мог точно вспомнить. Так, вот она! Выведя на информационное кухонное панно инструкцию варки кофе на плите, хозяин приступил к действу. Но, конечно же, коварный кофе чует, кто его варит первый раз, и очень точно подгадывает момент. Стоит только новичку отвернуться — кофе уже не в турке, а на плите! Чёрт, да что ж это такое?!Смирившись с тем, что этим утром ему придется просыпаться с чаем вместо кофе, и утешая себя тем, что в чашке крепкого черного чая кофеина больше, чем в кофе, Александр Васильевич, включив чайник, отправился под душ. Контрастный душ и гигиенические процедуры слегка исправили дело и подняли настроение. Выходя из ванной комнаты, Александр Васильевич даже насвистывал что-то легкомысленное.Он успел сделать пару глотков и впрямь бодрящего чая и откусить от бутерброда с сыром, когда наручный коммуникатор звякнул, извещая о получении нового сообщения.
- София, какая категория? - осведомился Александр Васильевич у виртуальной помощницы.
- Служебные, - ответила София сочным контральто, в котором не было и намека на механистичность.***Уже давно канули в лету примитивные Сири, Алиса и иже с ними прочие Окейгуглы. Теперь каждый пользователь мог подобрать себе электронного советника по своему вкусу. Дать ему любое имя, наградить мужским или женским голосом. Да хоть детским, такой в настройках тоже имелся. Кроме того, можно было там же в настройках четко обозначить функционал программы, в каких сферах жизни ее человека она может принимать участие, а в какие доступ ей закрыт.Ответ Софии не удивил её хозяина. Уже давно он не получал иных сообщений, кроме служебных. От спама его надежно защищали настройки верной помощницы, а людей, которые вдруг захотели бы черкнуть ему пару строк, у него не было. И его это полностью устраивало. Его жизнью — была его работа. Вернее идея, которой его работа служила. Должность Александра Васильевича называлась «Оперативный директор по контролю за соблюдением гигиены, чистоты и порядка». Работал он в крупной компании, обслуживавшей жилой фонд центра столицы. Из вводного курса в профессию, который он изучал в своем институте, он узнал, что раньше человек, выполнявший примерно те же функции, назывался «дворник».Это было очень давно. Еще до рождения самого Александра Васильевича. А вот его родители, когда он решил узнать, что об этом известно им, что-то такое вспомнили. А дед непонятно пошутил: «Эх, Санёк! В те бы годы к тебе обращались бы на «ты» и звали «Василич». Александр Васильевич, тогда еще просто Саша, ничего не понял, но уточнять не стал. Уж очень ему не понравилась дедовская интонация, с издёвкой что ли...Из того же курса Саша узнал, что раньше этот труд был исключительно физический и очень тяжелый. Но в том же учебнике говорилось, что представители его профессии пользовались непререкаемым авторитетом среди жильцов своей территории, которые осознавали их жизненную необходимость. А дед просто уже впал в маразм.И вот Александр Васильевич уже более двадцати лет доблестно трудится на ниве гигиены чистоты и порядка. В его задачи входит — инспектирование приданной ему территории, контроль за работой рободворников, контроль за состоянием самих роботизированных устройств, своевременное пополнение их топливных отсеков, обнаружение и устранение дефектов и неисправностей. Если поломку невозможно устранить на месте, то следует отправить рабочую единицу в ремонтный цех. В общем-то несложный, но очень ответственный и требующий исключительной внимательности труд.Александр Васильевич с самого детства знал, что это его призвание. Перед ним никогда не стояло выбора кем быть. Гигиена, чистота и порядок были его святой троицей, сколько он себя помнил. Говорят, что раньше люди чрезвычайно халатно относились к этим важным составляющим повседневной жизни.Всё изменил Великий Карантин случившийся 50 лет назад. Во время него, и сразу после, на первое место вышли именно они — Гигиена, Чистота, Порядок. Когда страшная битва была завершена и невидимый, но страшный враг был повержен, мир безвозвратно изменился. Социальная жизнь людей схлопнулась. Все настолько привыкли к сведенным к минимуму внешним контактам, что пути назад уже не было. Этому способствовал принципиально качественный скачок, совершенный учеными в сфере технического прогресса. Благодаря некоторым изобретениям и находкам, появилась возможность полной замены человеческого труда на труд роботов. А поскольку производство не просто не пострадало, но и получило мощный толчок для дальнейшего развития, то впервые за всю историю человечества люди получили возможность реального выбора — работать или нет. Неработающие граждане теперь не являлись нагрузкой для государства и имели тот же достаток, что и работающие. Но если индивид хотел освоить какую-либо профессию и далее работать по ней, то и тут государство уважало его выбор и всячески ему помогало — бесплатное образование (и не одно при желании), рабочие места, всё это не было проблемой.Теперь, опять же в результате совершенных научных достижений, чтобы оказаться на Гоа или среди норвежских фьордов не надо было вытаскивать себя из безопасного панциря родных стен. «Достаточно облачиться в костюм виртуальной реальности, и ты уже на месте своей мечты, в компании своей мечты, за столом с едой твоей мечты, а в руке у тебя бокал с напитком твоей мечты». Так гласил рекламный проспект компании, выпускающей VR-костюмы, и он не врал! У большинства людей пропала необходимость покидать свои жилища. Робокурьеры доставляли им еду, которую приготовили робоповара. За человеческой красотой следили робопарикмахеры и робоманикюрщицы. А в экстренных случаях на помощь спешили робопожарные, робополицейские и робоврачи.Те немногие, кто хотел именно ходить на работу, занимались в основном контролем за всеми этими разнообразными роботами. К их числу принадлежал и Александр Васильевич.***В служебном письме, полученном Александром Васильевичем, его руководство выражало свою озабоченность увеличением расхода жидкотопливных таблеток, на которых работали двигатели рободворников. Руководство сообщало, что ждёт от Александра Васильевича служебной записки с пояснением причин и с предложением мер для исправления сложившейся ситуации. Вот уж не задалось утро, так не задалось!Причину «сложившейся ситуации» Александр Васильевич прекрасно знал. Всё больше и больше жильцов, чтобы не покидать свои квартиры даже, чтобы выбросить наполнившийся мусорный пакет, стали выбрасывать мусор прямо в окно. А рободворники, согласно заложенной в них программе, не могли оставить на своём участке ни малейшего клочка бумаги, яблочного огрызка или окурка. Вот и наматывали они круги и спирали по своим участкам без передыху.Для начала Александр Васильевич решил действовать, как все властные органы и структуры с объяснительно-воспитательной беседой. Он автоматическим оповещением поставил в известность всех жильцов своей территории, что сегодня в 18:00 у первого подъезда дома номер шесть по улице 30-летия победы над коронавирусом состоится общее собрание. Обязательна личная явка либо посредством квадрокоптера с коммуникационным устройством.В шесть часов вечера перед назначенным подъездом стояли человек пятнадцать и реяли в воздухе, сидели на скамейках, деревьях и столбах десятки квадрокоптеров. Глаза и микровидеокамеры были направлены на Александра Васильевича, который стоял на крыльце, как на трибуне.
- Уважаемые жильцы, друзья! Мы с вами живем в самом прекрасном городе мира. У нас самые уютные и безопасные квартиры, самая разнообразная доставка и самая благополучная жизнь за всю историю человеческой цивилизации! От нас с вами требуется лишь одно — поддерживать Гигиену, Чистоту и Порядок! Я уверен, что в своих жилищах вы неукоснительно следуете этой золотой заповеди, но в нашем с вами городе есть еще дворы, улицы, бульвары, проспекты — они тоже должны быть чистыми! И это в наших силах! Обращаюсь к вам с убедительной просьбой помещать мусор и различные отходы в предназначенные для этих целей ёмкости, которые затем доставлять в предназначенные для этих целей контейнеры! Ведь это несложно!
- Ага! Несложно! - раздался голос из динамика одного из квадрокоптеров, сидящих на ближайшем дереве. - Это же мне наружу выйти надо!
- Я ожидал подобное возражение, и поэтому обсудив сегодня нашу ситуацию со своим руководством, заручился его согласием на внедрения новой услуги. Со следующей недели мусор от двери вашей квартиры будут забирать специальные роботы!Его дальнейшие слова потонули в шуме одобрительных криков и аплодисментов присутствующих, и транслируемых через динамики. Поэтому он призвал к тишине, подняв правую ладонь.
- Но я вынужден озвучить два условия. Во-первых, услуга будет платной. Ее стомость будет составлять 0,1 процента от суммы, которую вы платите за уборку и вывоз мусора, за каждый случай пользования данной услугой. Во-вторых, услуга будет оказана только в случае, если мусор упакован в мешок, пакет, коробку или иную сохранившую целостность тару. Думаю, что эти два условия нам и пригодятся. Но на всякий случай уточню. Если мусор возле двери будет неупакован, за ликвидацию подобного беспорядка с безответственного лица будет взыскан штраф в размере 50 процентов от суммы, которую вы платите за уборку и вывоз мусора, за каждый случай возникновения подобной ситуации. На этом у меня всё. Какие еще у вас есть вопросы?Александр Васильевич был настолько увлечен общением очным и заочным со своими подопечными, что не заметил того, что стал объектом внимательного наблюдения с балкона третьего этажа дома напротив. Поэтому он и помыслить не мог, что день, начавшийся столь неудачно, под вечер сделает ему королевский подарок.***Утро не радовало Петра Николаевича. И к сожалению, это было уже не первое нерадостное утро. Какая уж тут радость! До выборов менее двух лет, а кандидата как не было, так и нет! Петр Николаевич по тысячному кругу гонял в мозгу фамилии, имена, должности. Но всё это было не то! А времени оставалось всё меньше.Домофон сообщил о поступлении сообщения от управляющей компании. «Господи! Ну этим-то что опять надо? Опять тарифы будут поднимать?!». Какое-то общее собрание... А, у подъезда напротив. Ладно, с балкона послушаю.В 18:00 Петр Николаевич с сигаретой и пепельницей стоял на балконе. Вначале думы тяжкие не давали вникнуть в то, что вещал со своей трибуны с легкомысленными перильцами, оратор. Но потом он встретился с ним взглядом... Вот! Вот то, что столько искал! Огонь идеи. Взгляд лидера! А Президентом его сделает он сам.Петр Николаевич набросил на плечи кофту, обул уличные туфли и вышел во двор. Дождавшись, когда оратор оставит свою горнюю трибуну, он подошел к нему.
- Здравствуйте, ведь вы - Александр Васильевич, наш Оперативный директор по контролю за соблюдением гигиены, чистоты и порядка?
- Совершенно верно. С кем имею честь?
- Очень приятно с вами познакомиться. Меня зовут Красин Петр Николаевич. Я живу вон в том доме, в 27 квартире. Очень внимательно слушал ваше обращение. И знаете, у меня есть к вам предложение.
- Какое же? - Александр Васильевич был в полнейшем недоумении и не скрывал этого. - Мы же вроде обсудили все вопросы и предложения, касающиеся уборки мусора от квартиры.
- Ах, оставьте! При чем тут мусор! - Петр Николаевич достал из кармана кофты визитку. - Вот, возьмите. Завтра в десять часов утра жду вас по указанному адресу. На входе предъявите паспорт и эту визитку — вас пропустят. До завтра и спокойной ночи!Петр Николаевич развернулся и пошел к своему подъезду, оставив Александра Васильевича в немом недоумении. Когда тот догадался прочитать, что же написано на визитке, немногословный жилец уже скрылся за подъездной дверью. От прочитанного Александру Васильевичу сначала стало жарко, потом его затрясло, как в ознобе. Так это же он, лидер самой могущественной политической партии страны! Важнее его только Президент!На следующий день ровно в 10:00 Александр Васильевич входил в просторный и светлый кабинет, где навстречу ему, из-за бескрайнего стола, радушно шагнул Петр Николаевич.
- Дорогой мой Александр Васильевич, - приступил тот сразу к делу после кратких приветствий. - Не люблю зря тратить время и слова. У меня к вам один вопрос — согласны ли вы стать Президентом?
Удивление, обескураженность, шок, потрясение, всё это перечувствовал Александр Васильевич за следующие пару минут. Когда он смог говорить, он произнес только:
- Почему я?
- Потому что я так решил, - исчерпывающе ответил Петр Николаевич. - Ну так каким будет ваш ответ?
- Ддда... Нннет... Не знаю! А могу я подумать?
- Некогда думать, уважаемый. Решать надо здесь и сейчас.
- Но ведь я не смогу! Я ничего не знаю! - запаниковал Александр Васильевич.
- Ай! - досадливо поморщился Петр Николаевич. - Это вот уже вообще не ваша забота. Ваша задача слушать меня, и выполнять, то что вам будет советовать наша с вами команда. Всё легко. От вас, в общем-то, ничего и не требуется, просто будьте собой. Ведь я знаю, что наша партийная линия, линия партии «За чистоту мыслей» чрезвычайно вам близка. Представьте, сколько полезного вы сможете сделать во имя Гигиены, Чистоты и Порядка в этой должности!Это был весомый аргумент.
- Я согласен, - почти скакнувшим в фальцет голосом произнес Александр Васильевич.***Следующие, без малого, два года избирательной кампании прошли для Александра Васильевича как во сне, который забываешь через пять минут после пробуждения. Для Петра Николаевича же это была гонка, полная адреналина, но столь же мало оставшаяся в памяти.И вот, он, Тихий Александр Васильевич, — Президент! Он Гарант Гигиены, Чистоты и Порядка! Вот уже три года он неукоснительно следует линии партии.Теперь в школах с первого класса введен обязательный предмет «ОЧЖ. Основы чистой жизни».Теперь, чтобы оплатить штраф за брошенный окурок или бумажный стаканчик, граждане продают машины и закладывают квартиры.Теперь любой гражданин может быть в любой момент подвергнут выборочной проверке на чистоту рук. За недостаток чистоты наказание — лишение месячного пособия или заработной платы.Теперь здороваясь, люди говорят «А ты мыл сегодня руки?» или «Чистота с тобой!».Много всего мудрого и полезного сделал уже Александр Васильевич. А впереди — еще больше!..
 
   
15
Июл

Марина Семина




Есть у нас в городе один чудесный букинистический магазинчик. Случайные покупатели туда заглядывают редко. Как-то так сложилось, что это стало местом для «своих». Мне повезло завоевать расположение хозяина магазина и войти в этот узкий круг. Владелец этой лавки книжных сокровищ как будто шагнул за свой прилавок прямиком из классического английского романа. Эдуард Карлович истинный джентльмен и книгочей, вряд ли ему больше семидесяти лет, но в его глазах — вековая мудрость.

Я стараюсь заходить к нему в гости в магазин хотя бы пару раз в месяц. Он и относится к своим постоянным посетителям именно как к гостям, а не клиентам. Но покупаю я что-нибудь гораздо реже. Всё таки хорошие книги-долгожители — покупка не из дешёвых. Но мне безумно нравится просто находиться здесь, в этой атмосфере, пропитанной запахами старой бумаги, книжного клея, кожаных переплетов и немного пыли. Все эти ароматы вместе, с добавлением чего-то необозначимого, создают особое сочетание. Если бы время имело свой запах, то оно, наверное, пахло бы именно так.

К великой моей радости Эдуард Карлович позволяет мне смотреть все книги, которые меня заинтересуют, не ограничивая по времени и не настаивая на покупке. И вот, месяца три назад, я в очередной раз перешагнула порог его магазинчика, тут же, как и всегда, словно по волшебству, будто перенесясь на полтора столетия назад. Поприветствовав друг друга кивком головы и дружеской улыбкой, каждый из нас занялся своим делом. Владелец лавочки продолжил что-то заполнять за своей конторкой, а я решила посмотреть, что нового появилось на полках за те две недели, что я сюда не заглядывала.

Пролистав несколько дамских романов, увидевших свет в начале прошлого века, я прошла в глубину стеллажей. Следует отметить, что Эдуард Карлович очень бережно относился к своим сокровищам, поэтому солнечного света в его владениях не было. Небольшой зал освещался неяркими потолочными светильниками. И если гостю требовалось более яркое освещение, чтобы получше всмотреться в текст или иллюстрацию, то к его услугам была удобная оттоманка с журнальным столиком, на котором была установлена достаточно мощная современная лампа, стилизованная под творение Тиффани.

Но в проходах между стеллажами царил мягкий полумрак, поэтому в своих поисках мне приходилось полагаться в основном на везение и интуицию. Моё внимание привлекло издание, значительно превосходившее по размеру листа своих соседок по полке. Аккуратно вынув книгу из середины ряда, я увидела, что это руководство по комнатному цветоводству, изданное в 1878 году, с совершенно сказочными иллюстрациями, проложенными тончайшими листами папиросной бумаги. Я не могла отказать себе в удовольствии получше познакомиться с новой обитательницей этой книжной пещеры Алладина, и решила рассмотреть её при ярком свете. Удобно устроившись на оттоманке и включив настольную лампу, я приступила к знакомству. Это был потрясающий альбом. Не знаю, какова его прикладная ценность, комнатное цветоводство не входит в круг моих увлечений. Но с художественной точки зрения — это однозначно был шедевр типографского искусства.

Я пролистала уже почти половину станиц, восторженно задерживая дыхание чуть ли не над каждой, когда вместо очередной иллюстрации и типографского шрифта, мой взгляд наткнулся на рукописный текст. Да и бумага отличалась, она была более грубой и рыхлой. Текст был на незнакомом мне языке. Точно не немецкий и не английский. Рукопись состояла из двух, полностью исписанных с обеих сторон, листов. Поскольку размер этих листов был меньше формата руководства по комнатному цветоводству, то заметить их, не открыв книгу в нужном месте, было просто невозможно.

Я уже почти встала с антикварного диванчика, чтобы пойти поделиться радостью от своей находки с Эдуардом Карловичем. Ведь даже на первый взгляд было видно, что это очень старая раритетная вещь. Но... что-то меня остановило. Я продолжала сидеть, слегка поглаживая кончиками пальцев по буквам, написанным когда-то другой живой рукой.

А в голове у меня решалась нравственная дилемма. Отдать свою находку хозяину магазина? Или оставить себе? Он про нее точно ничего не знает, иначе она заняла бы отдельное место в его коллекции. Но ведь и у меня на неё нет никаких прав, кроме сомнительного права удачливого кладоискателя на найденные сокровища. Что же делать? Как следует поступить? И тут я решила, что нашла приемлемый, для себя по-крайней мере, компромисс. Сегодня я свою находку заберу с собой. А потом, как только узнаю о ней всё, что смогу, то верну её обратно, может быть, даже в это самое цветочное руководство.

Аккуратно разместив найденные бумаги в своём шоппере, спасибо моей любви к большим сумкам, я вернула цветочное издание на место. И попрощавшись с хозяином тем же манером, что и здоровалась, вышла на улицу.

И вот оба листа рукописи передо мной, на моём рабочем столе, бережно вложенные в плотные мультифоры. Не буду пересказывать весь процесс моих поисков. Скажу только, что это было непросто. К счастью, текст был написан на «классическом» испанском языке, будь он создан на столетие раньше, мне бы пришлось искать специалистов по староиспанскому. Не скажу что сразу же и без проблем, но мне всё таки удалось найти человека готового помочь по доброте душевной и, так сказать, из любви к искусству.

И вот у меня в руках результат многодневной работы. Рукопись оказалась фрагментом чего-то большего, так как начиналась с середины предложения и не имела никакой вводной части типа обращения, посвящения, пояснения, представления. Какую цель преследовал автор, перенося на бумагу события своей жизни? Что это — исповедь, письмо близкому человеку, послание потомкам, нам этого никогда не узнать. А потому просто предоставлю возможность вам самим ознакомиться с содержанием моей неожиданной находки.

***

«...была моя семья. Теперь вы понимаете, что терять мне было уже нечего. Опустевший безмолвный дом, наполненный любимыми тенями, и дорогие воспоминания — вот и всё, что у меня осталось. Находиться в доме и позволить ему занимать место в моей жизни я больше не мог, а воспоминания у меня никому и нигде не отнять. Поэтому спустя пару дней, потраченных на подготовку к долгому плаванию, я со своей командой вышел в море.

Наша скромная рыболовецкая балансела носила гордое имя «Звезда морей». Но в этот рейс, заполнив трюмы провиантом и водой, мы отправились за другим уловом. Сняв паруса с бизань-мачты, которые мы якобы потеряли в прошедшем шторме, мы усыпили бдительность экипажа встретившегося нам небольшого торгового судна. Захватив их корабль, мы переправили всех, кто находился на нём, на нашу «Звезду». Оставили им немного еды и воды, которых им должно было вполне хватить для того, чтобы добраться до берега. И дальше свой путь продолжили в более комфортных условиях торгового флайбота.

Фортуна благоволила к нам и через пару лет мы охотились за своей добычей на прекрасной каракке «Счастливая встреча» с экипажем в две с половиной сотни душ. Каждому матросу своего корабля я доверял как себе, будет справедливым сказать то же самое об их отношении ко мне. Я был для них больше, чем просто капитаном Альваресом, они звали меня Papá Альварес. Потеряв своих родных сыновей, я стал отцом для десятков своих матросов.

Как вы уже наверняка догадались — я стал пиратом. Море исцелило мои душевные раны. Оно даровало мне возможность испытать счастье, на которое я даже уже и не смел надеяться. Стоять на капитанском мостике, ощущая на лице холод солёных брызг, в жилах — ромовый огонь, а в сердце — безграничную свободу. Это ли не счастье?!

Уточню, не для того чтобы оправдаться, лишь для полноты картины — убивали мы в исключительных случаях. Каждый член экипажа твердо помнил этот мой приказ, за нарушение которого полагалась смерть на рее или высадка на необитаемый остров.

И поскольку на протяжении многих лет все боги были на нашей стороне, то смело могу сказать — мы стали богачами. Но зачем золото в море? Там гораздо дороже запас воды, еды, рома и надежное плечо товарища. Поэтому значительную часть своей добычи я передавал семьям погибших моряков в тех портах, в которые мы заходили, чтобы пополнить припасы и заглянуть в местные кабаки. Особенно щедрые дары от меня доставались вдовам, в одиночку поднимающим троих сыновей. Столько же их было и у меня...

Капризная фортуна отвернулась от нас после смерти моего помощника и лучшего друга Хорхе. Во время очередной абордажной атаки он упал с палубы в море и оказался раздавлен между бортами нашей «Счастливой встречи» и захваченного судна. Находясь в истинном помешательстве от горя, я приказал утопить всех, кто был на том злосчастном корабле, и экипаж, и немногочисленных пассажиров.

Потом я пожалел об этом своём решении, принятом в состоянии умственной горячки, но было уже поздно... Место Хорхе занял его старший сын Анхель.

В течение последующих нескольких месяцев в наши сети попадалась лишь мелочевка. Экипаж начал поговаривать о проклятии Хорхе и о том, что на «Счастливой встрече» больше счастья не встретишь. Но я надеялся, что это лишь чёрная полоса, которая скоро закончится.

И вот однажды из одного кабачка небольшого портового города, в районе, который не жалуют добропорядочные граждане, Анхель принес интересную новость. Оказалось, что следующим вечером из порта отходит судно с партией дорогих индийских тканей. Половину партии торговец продал здесь, вторую часть должен был продать в следующем порту. То есть на борту был дорогой груз и золото от продажи одной его половины. Лакомый кусок. А если учесть, что путь ему предстоял недолгий, всего пару дней, то торговец решил сэкономить на охране, наняв всего пару разбойничьего вида бродяг. Я был уверен, что это тот самый долгожданный шанс, который вернёт нам удачу.

Следующим днём я собрал на борту «Счастливой встречи» менее сотни человек, посчитав, что для захвата столь лёгкой добычи не стоит собирать весь экипаж, прерывая, заслуженный многомесячным плаванием, отдых на твердом берегу, в мягких постелях портовых девиц. Анхель тоже остался на берегу сославшись на приступ «медвежьей болезни». Но я был уверен,что в его случае всё дело в особенно неотразимых чарах местной кабацкой красотки.

В срок выйдя из порта, мы легли на курс вслед за своей добычей. Отплыв подальше от населенных мест, мы решили атаковать, увеличили ход и приготовили абордажные крючья. Легко догнав тихоходного торговца, мы зацепили его борт. И тут из-за ближнего мола показались маневренные навио с пушками на борту. Мне казалось, что они просто летели над волнами, стремительно приближаясь к нам. Быстро развернуть нашу мощную, но тяжелую каракку и выставить паруса на полный ход, силами того числа людей, что были сейчас на борту было просто невозможно. Я понял, что это была ловушка. В этот раз добычей королевских военных кораблей стала наша «Счастливая встреча» со всеми, кто был на ней.

Сейчас глубокая ночь, свеча в моей камере догорает, мне её хватит как раз, чтобы закончить свою историю. Завтра будет суд. И я знаю, каким будет приговор. Основным пунктом обвинения стала смерть экипажа и пассажиров с того судна, ставшего убийцей моего друга Хорхе.

Я прожил хорошую жизнь. Не могу сказать, что я ни о чём сожалею. Я совершил много ошибок, но всё же старался всегда поступать по совести. И уже очень скоро мне предстоит встреча с моей любимой женой Анной и тремя нашими сыновьями — Мигелем, Нико и Рикардо. Как же я по ним соскучился!».

***

Ни подписи, ни даты в конце рукописи не было. Последнее предложение занимало последнее свободное место на листе. Может, продолжение есть, но оно потерялось? Так же, как и начало? Не исключено.

P.S.: Рукопись, бережно упакованную в мультифоры, с экземпляром перевода я отдала лично в руки Эдуарду Карловичу, честно ему всё рассказав. Он и не думал сердиться и даже поблагодарил, что я избавила его от трудов по переводу и прочему. В знак того, что не держит обиды, сказал, что треть суммы, которую он выручит от продажи рукописи, по праву принадлежит мне.

   
09
Июл

Марина Семина


- Слово предоставляется защите. Прошу вас, господин адвокат.

Молоденький адвокат, заметно волнуясь, встал со своего места, поправил галстук. Сделав несколько шагов, он вышел в центр зала:
- Уважаемый суд. Уважаемые господа присяжные. Мне не остаётся ничего, кроме как согласиться с товарищем прокурором, - волнение в голосе начинающего юриста скорее импонировало, чем раздражало публику. - К сожалению, мы видим, в какую глубокую нравственную пропасть рухнул подсудимый. Безусловно он виновен во всех преступлениях, в которых его обвиняют. И самое трагичное в этой ситуации то, что подсудимый самолично задумывал и осуществлял все свои злодеяния. У него не было дружков-подстрекателей, дурной компании. Он всё совершал по собственному почину.

Все его подлые кражи, жестокие убийства, беспутство в отношении противоположного пола — всё это является проявлением его личных устремлений. Это, можно сказать, слепок его безнравственного внутреннего мира. И во всех этих гнусных поступках, безусловно, есть его вина.

Но ведь в подавляющем большинстве случаев, преступным деяниям предшествуют преступные помыслы. Кто же виновен, что подобные мысли появились в голове моего подзащитного? Не общество ли, не мы ли с вами? Откуда ему было знать, что нравственно, а что безнравственно, что законно, а что нет, что хорошо, а что плохо, если мы — общество — не дали ему понимания этого?

Это мы не вложили в его формирующуюся душу нравственно-этическую шкалу ценностей, с которой он мог бы соотносить свои поступки. А полное небрежение формированием его внутреннего мира мы усугубили столь же полным отсутствием заботой о его бренной физической оболочке. Сколь многие из нас, при виде этого создания, задавались вопросами «Когда он последний раз ел? Тепла и суха была ли его постель прошедшей ночью?». Думаю, что не многие.

Так какой же мы рассчитывали увидеть результат? Уважаемые присяжные, уважаемая публика, поставьте себя на его место. Представьте, что вы не ели до сыта уже много дней, а то и недель, у вас нет своего теплого и надежного угла. И вот вы бредёте по улице, прохожие, в лучшем случае, вас просто не замечают, а чаще обдают презрением или вообще норовят шугануть, а то мало ли что у этого бродяги там на уме. И вот вы видите на уличном прилавке мясника сосиски... сочные, ароматные, так и сочащиеся прозрачным мясным соком. Вы знаете, что вы никогда не сможете их купить, и на угощение рассчитывать так же не приходится. Что в этой ситуации может вас удержать от кражи? Воспитание? Нет такого слова в вашем словаре. Стыд? Его давно убили презрительные взгляды. Страх наказания? Но страх голодной смерти сильнее. Как вы поступите в этой ситуации? Признайтесь честно хотя бы сами себе.

Не оспариваю я и утверждение обвиняющей стороны о том, что подсудимым был совершен ряд убийств. Следствием представлено достаточно доказательств по этим пунктам, потому не буду травмировать психику присутствующих перечислением деталей. Могу сказать лишь одно, в том мире, который вполне можно назвать параллельным нашему, эти убийства являются нормой, они даже в какой-то мере необходимы. Я не побоюсь сравнения, что моему подзащитному приходилось действовать по законам войны - «или ты, или тебя».

Так же мой подзащитный обвиняется в бесчестном поведении в отношении противоположного пола. По сравнению с двумя предыдущими обвинениями, это кажется не столь тяжким. Но если разобраться, то корни его тянутся туда же, в период формирования его как личности. У этого несчастного никогда не было семьи, о нем никто никогда не заботился, он не знает, что такое ответственность и уважение. Мы не дали ему столь необходимого жизненного опыта, и даже не пытались хоть как-то обуздать его инстинкты. Так вправе ли мы спрашивать с него сейчас за это? В его кругу подобные отношения считаются нормой, его подруги в погоне за преходящими удовольствиями столь же мало заботились о последствиях, как и он сам.

На основании всего вышесказанного, смею утверждать, что мы имеем полное право осуждать поступки моего подзащитного. Но судить мы должны сами себя!
Я закончил, ваша честь! - обратился защитник к судье и проследовал к своему столу.

Судья, переведя внимательный взгляд с адвоката на его подзащитного, произнесла профессионально-звучным голосом:
- Подсудимый, вам предоставляется последнее слово.
- Мяяяяув...! - звучно ответил со своей лежанки подсудимого роскошно-рыжий кот Васька, что в переводе, скорее всего, значило «Кончали бы вы уже свой балаган и дали бы мне сметанки». Он от души потянулся, продемонстрировав почтенному собранию вполне аристократические белые перчатки и манишку.
- Ладно, сын, - обратилась судья, конечно же не к коту, а к его защитнику, - вижу, что к завтрашнему онлайн экзамену по «Судебной риторике» ты готов. Всем спасибо за помощь и внимание!

После непродолжительных дружеских рукоплесканий она продолжила:
- Напоминаю всем присутствующим! Завтра мы встречаемся у Демченских, где их дочь Алиса, которая, как мы знаем, учится на дизайнера, продемонстрирует нам свой курсовой проект «Защитные маски и еще 20 аксессуаров из марлёвки. Коллекция весна-лето 2020». А послезавтра собираемся у Тихомировых на просмотр спектакля. Пока они со своей сливовой наливкой все свои роли нафиг не позабывали, - последнее предложение было произнесено несколько тише. - Уточняю, что присутствовать могут только те, кто в предыдущие две недели не покидал пределов нашего поселка и не контактировал с приезжими! На этом официальную часть нашего «Собрания нарушителей карантина дачного сообщества «Залесье» объявляю закрытой! - судейский молоточек, временно превратившийся в таковой из молоточка для отбивания мяса, звонко стукнул по буковой разделочной доске.

                                                                                                           

 

   
07
Июл

Марина Семина




    - Ну что ж ты за тачка-то такая?! Я вот не пойму — то ли дурная, то ли проклятая, - ворчал Иваныч, увидев перед воротами своей мастерской эвакуатор с очередным автострадальцем.Николай Иванович был мастером от Бога. Несмотря на всеобщее уважение и даже почитание (а может быть, именно поэтому) его звали исключительно Иваныч. Автомеханик, автослесарь, автоэлектрик, в общем, все возможные специальности с приставкой «авто-» — это про него. Настоящий Автовоскреситель и даже Автосоздатель.Вот и автомобиль, который сейчас загоняли на пандус его мастерской, был его творением. Несколько лет назад он собрал его из того, что нашел в своих автозакромах. Получилась на удивление достойная и ходкая машинка, ладная снаружи и со всей необходимой начинкой внутри. Иваныч был тогда очень доволен собой и результатом своей работы.Когда через несколько месяцев его создание привезли к нему на эвакуаторе, он немного огорчился, но ничего странного в этом не увидел. Но вот, когда подобная ситуация стала повторяться с завидной регулярностью, Иваныч понял, что где-то, при сборке электронных мозгов скорее всего, он допустил промах.
- Опять ты? - обратился он к автомобилю, как будто тот был живым и мог ответить. Впрочем, для Иваныча авто, побывавшие в его мастерской, были пациентами, пострадавшими, требующими помощи и участия и очень даже живыми. — Что на этот раз? - продолжил он осмотр, как врач в приёмном покое. - Аааа, вижу! Ну тебя и угораздило! Такие царапинищи по всему левому борту — это ж постараться надо.Говоря всё это мастер проводил по глубоким царапинам рукой с мозолистой, потемневшей от масла и пахнущей соляркой ладонью.
- Не, ну конечно, по сравнению с твоими предыдущими подвигами — это сущий пустяк. Как всё было? Отстаивала место на своей полосе? Да, вижу-вижу. О, к тому же ещё и с каким-то крутым внедорожником, судя по высоте царапин и лоскутах люксовой краски с эффектом хамелеона в них. Ха, ему тоже неслабо досталось! Ладно, не переживай, сейчас всё исправим. Но, пожалуйста, впредь веди себя осмотрительнее. Хотя кому я это говорю...Иваныч принялся за дело, попутно разговаривая с автопострадавшим. Во-первых, кроме них двоих в мастерской сегодня больше никого и не было, а во-вторых, Иваныч просто любил поговорить.
- Я помню, пооомню твой первый случай. Не, это ж надо было додуматься, при немаленькой скорости заехать одним колесом на мокрую обочину! Интересно было попробовать, говоришь? Ну, попробовала? Довольна? Чего ты ожидала, кроме того, что получила? Кувырок через крышу! Еле поставил ведь её тебе тогда на место.- А потом, буквально через пару-тройку месяцев, кого я увидел у своих ворот? И опять не своим ходом, - продолжал вспоминать мастер. - Тебя ненаглядную. Зачем? Вот скажи, зачем ты заправилась какой-то бурдой вместо нормального топлива? Ааа, все заправлялись и ты заправилась. Так «все» - это грузовики, им это нормально, они на этом ездят. Ты-то куда? Какого труда стоило всю топливку тебе отчистить — вспоминать страшно.- А третий раз?! Не, это конечно же, было бы смешно, если бы не было так грустно. Пойти на абордаж трамвая! Ну как? Как до этого можно дойти своей электроникой?! Она же у тебя не хуже, чем у других, но они-то едут себе спокойно, дорогу трамваю уступают. Знаешь, почему? Потому что он большой и железный. Помнишь результат своего налёта? А ты вспомни-вспомни! Насадил он тебя на свой прицепной штырь, как шашлык на шампур, прямо в левую бочину. И двери, и стойку пришлось менять! Да ещё много всего.Так за разговорами споро делалось дело. Иваныч своими руками автоволшебника исправлял, устранял, выгибал, заменял, одним словом, совершал очередное чудо воскрешения своего непутёвого, но столь любимого творения. А я? А что я? Мне оставалось только стоять, виновато потупив фары, и ждать окончания работы. Зато после, я опять смогу гнать по дороге, чтобы творить и вытворять, потому что по-другому ездить скучно.

                                                           

   
03
Июл
Марина Семина
 
    У каждого из нас, я уверена, есть произведение, с героем которого мы хотели бы встретиться. Неважно фильм это или книга. И цель встречи тоже неважна. Принять участие в его приключениях, помочь в расследовании, предостеречь от ошибки или ответить на какой-то его вопрос — это не суть. Важен сам факт — нам хочется принять деятельное участие в его жизни.У меня тоже есть такой герой, вернее, героиня. Её зовут Франческа Джонсон. Она живет в штате Айова, округе Мэдисон, городке Уинтерсет. На дворе лето 1965 года. Жарким полднем 16 августа произойдет судьбоносная встреча. Она встретит Роберта Кинкейда. Он свободный фотограф. Приехал в их округ снимать старинные крытые мосты. И чтобы уточнить дорогу к одному из них, он остановится перед домом Франчески, увидев её на крыльце.И эти несколько минут изменят жизни обоих. Если бы он проехал чуть раньше или чуть позже. Если бы она в это время была в доме или занята на ферме. Встреча бы не состоялась. Не было бы четырех дней любви и многолетней, на всю оставшуюся жизнь, разлуки.Хотелось бы мне предостеречь Франческу? Предупредить её, чтоб не выходила она в это время на крыльцо дома, не поддерживала разговор с заезжим чужаком? И тогда не было бы в ее жизни неземного счастья, но не было бы и бесконечной боли. Пожалуй, нет. Конечно, очень соблазнительная идея — заранее знать, чем обернётся твой выбор. Подготовиться, продумать свои дальнейшие действия, имея в запасе несколько часов или дней, а не мгновения.Каждый человек время от времени должен делать выбор. И важность его для человеческой души именно в его непредопределённости. Возможность такого выбора — счастье. И нет ошибочного решения. То решение, которое принято и есть правильное.Я не хотела бы предостерегать Франческу от встречи с Робертом. Но... После их расставания я бы сказала ей, чтобы, когда она станет свободной, пусть через много лет, от обязательств перед мужем и детьми, она нашла Роберта. Он ждал её все, отпущенные ему судьбой, годы.Для книги это красивый финал — четыре дня любви и вечная разлука. Но в жизни это трагедия. Счастье возвращённое хотя бы на день — бесценно.P.S.: Если вы захотите подробнее узнать историю Франчески Джонсон и Роберта Кинкейда, то найдёте её в романе Роберта Джеймса Уоллера «Мосты округа Мэдисон».
   
29
Июн

Марина Семина


Арне крутился вокруг матери пока она заворачивала ему книги в небольшой отрез ткани и укладывала их в корзинку. Ему уже не терпелось дать волю ногам, рукам, дыханию, движению. Лес манил его пронзительными зелеными и голубыми оттенками, пением птиц, загадочным шебуршанием его обитателей. И вот наконец, корзинка у него в руках.

- Хорошего тебе дня, сынок, и приятного чтения, - благословила Арне мама, поцеловав его в белобрысую макушку.
- И тебе — хороших книг, мамочка! - выпалил пострелёнок и выскочил из дома.Во дворе, подойдя к своему младшему брату Марику, Арне взъерошил пятернёй его такие же светлые, как у него самого, волосы. Марику три месяца назад исполнилось два года. По сравнению с ним, семилетний Арне ощущал себя страшно взрослым и важным. Присев рядом с братишкой на корточки он какое-то время наблюдал, как тот сосредоточенно собирает из зеленых листочков, сорванных вдоль забора, книжку, превращая листья растения в листы книги.
- Слушайся маму, Марик! А я завтра принесу тебе новые книжки, - услышав такое заманчивое обещание, малыш оторвался от своего занятия, посмотрел на брата. Его широко распахнутые в приятном удивлении небесно-голубые глаза счастливо прижмурились.
- Я буду хорошо себя вести, Арне! - проникновенно пообещал Марик.Пожав друг другу руки как взрослые, братья попрощались. И вот старший свободен, как птичка. Он устремился по тропинке навстречу к приветливо распахнувшему ему зелёно-голубые объятия лесу. Сначала мальчик бежал, вспугивая из кустов и с веток деревьев мелких птах, которые, сорвавшись с места, некоторое время сопровождали его потревоженным чириканьем. Спустя какое-то время Арне перешел на шаг. Посмотрев вправо, он увидел крупного серого зайца, который почти не таясь внимательно наблюдал за ним. Мальчик улыбнулся и приветливо махнул зверьку свободной рукой.Весь дальнейший путь Арне то шёл, то бежал, как того требовало его полное энергии тело. А в голове тем временем роились разные мысли. Они цеплялись друг за друга в затейливую цепочку. Но все они были пронизаны ощущением полного счастья. Мальчик был рад, что живёт в таком чудесном и красивом мире. В мире, где самой важной составляющей жизни является книга. Он всегда, с самого младенчества, знал о великой силе книг. Книги учат и лечат, насыщают и утоляют жажду, даруют покой и побуждают к действию. Жизнь без них просто невозможна.Арне был благодарен судьбе и за то, что позволила ему родиться в такой дружной и любящей семье. Мама, соседи ее звали Хельга или ласково Хелли, была известной знахаркой, знала, как и какой книгой помочь в той или иной непростой ситуации. За свои знания и спокойную отзывчивость она пользовалась всеобщими любовью и уважением. Отец, Вегард, был умелым мастером, он мог обычную невзрачную, только что с ветки, книгу превратить в светоч мудрости и настоящее произведение искусства. Ещё Арне был рад, что у него такой замечательный и весёлый младший братишка. А недавно ему мама сказала по секрету, что скоро у него будет ещё один братик или даже маленькая сестричка. При мысли об этом сердце Арне замирало в счастливом предвкушении.И вот, когда вечер начал подмешивать в зелено-голубой воздух своё медово-золотистое сияние, Арне вышел на знакомую полянку. И сразу увидел книгу-пристанище. Она была большой и очень древней, никто в деревне не знал, как давно она тут появилась. Но все знали, что это отличный приют для путника. Её гибкие, но прочные страницы, одинаково хорошо защищали и от полуденного зноя, и от ночной прохлады.Ночь Арне проведёт под сенью этих древних страниц, а завтра, сделав небольшой крюк на обратном пути, дойдёт до священного Книжного дерева. В это время как раз сезон сбора книжек-малюток, то что надо для малыша Марика.Пока не стемнело, Арне сел поудобнее, достал из корзинки свёрток, развернул его и достал три книги. Одна его самая любимая — фантастическая сказка, страшная, но очень интересная, а две других новые, он их ещё не открывал. На шелест страниц из леса вышли на опушку любопытные олени и зайцы. Арне начал читать вслух, зверьки подошли ближе. Одна самая смелая пичуга уселась почти на плечо мальчику. В такой компании читать и впрямь было очень приятно и увлекательно.Но больше всего юного читателя поражал сюжет и просто невероятная в своей невозможности фантазия автора его любимой книги. В на её страницах оживал мир, где некоторые люди не хотели и не любили читать, а некоторые и не умели. Арне не мог в это поверить, ведь это так же невозможно, как не хотеть, не любить и не уметь дышать. А другие люди в этом странном и страшном мире вообще намеренно жгли книги. Это в голове у Арне просто не укладывалось. И как автору только пришла в голову такая фантазия?! Ведь книги — это жизнь, а читать — значит жить и дышать.

                             Безымянный

   

Напишите нам

У вас появился вопрос или предложение? Напишите нам и мы вам ответим в самое ближайшее время!





Пожалуйста, пройдите анти-бот проверку!
magnitogorsk